Рассуждение о «Нелюбви»

Мы не смогли удержаться и откликнулись на фильм Андрея Звягинцева «Нелюбовь».

Представляем вниманию наших читателей рецензию на нашумевший фильм российского режиссёра «Нелюбовь». Лента вышла в прокат 1 июня.

Апокалипсис сегодня

«Норма мне неизвестна, как неизвестна никому из нас. Все мы знаем, что такое бесчестный поступок, но что такое честь – мы не знаем», - сказал когда-то Антон Чехов.

Что такое любовь, мы можем только предполагать, но что такое нелюбовь – режиссер Андрей Звягинцев с настойчивостью исследователя более двух часов демонстрирует своему зрителю в формате 3D, то есть со всех сторон и в мельчайших подробностях: от физической неприязни к запаху человека и желания причинить ему боль до полного равнодушия к вечным вопросам Бытия, к общечеловеческому.

Система символических образов фильма выстраивается в философскую картину мира разрушенных ценностей и разорванных связей. Дерево с подкопанными корнями. Заброшенное полуразрушенное здание советской эпохи, где пытаются укрыться мальчики. Старая женщина, которая ограждает себя от жизни и людей высоким забором, от дочери – неприкрытой ненавистью, внука называет выродком. Родственники, не просто игнорирующие свое родство или забывающие о нем, но и с какой-то даже пугающей злостью отрицающие свою принадлежность к семье, к роду. Хоть раз мы слышали в фильме слово «семья»? Каждый озабочен только своей персоной, своим личным счастьем, таким заманчивым, что при движении к нему не грех избавиться от досадной помехи: мужа, ребенка… Родительские инстинкты закопаны где-то глубоко-глубоко, под завалами беспросветного эгоизма и нежелания брать на себя ответственность за другого человека.

Супруги не переживают развод, они ведут настоящую войну на полное уничтожение, используя своего сына как оружие. Единственное неудобство: а не вмешаются ли ювеналы? Это было бы так некстати на пути продвижения к личному счастью. И заветная мечта каждого из родителей реализуется: наличие несчастного Алеши было проблемой, и вот в один миг чудесным образом мальчик исчез. А был ли мальчик?

И безымянный надоедливый малыш в финале фильма, брошенный раздраженным отцом в кровать, - очередной предмет для ненависти, очередная помеха. Все повторяется. Безликие персонажи фильма пытаются настоять на своей личности, круша налево и направо других таких же безликих людей. Чтобы вспомнить имена главных героев, Жени и Бориса, пришлось смотреть аннотацию к фильму. А был ли мальчик? А были ли все эти мальчики и девочки? Подставная жена, о которой упоминает сплетник-сослуживец Бориса, - символ всех подставных людей, взаимозаменяемых, разрозненных клонов.

Герои фильма существуют, совершая повторяющиеся изо дня в день привычные механические действия, как будто заданные кем-то извне: позавтракать, добраться до работы, разложить пасьянс, пообедать, сходить в салон красоты или магазин, заняться сексом, уснуть, чтобы завтра все повторилось с неотвратимой последовательностью …

Что за подавляющая сила правит миром? Машина государства, которая равнодушна к свои винтикам, о чем устало и методично разъясняет нам с экрана полицейский-винтик - не злодей, не подлец, обыкновенный винтик? Однако и само государство захвачено этой непонятной силой механического повторения, отупляющего бега на месте. Вспомним символические кадры в финале, когда

героиня в олимпийке с надписью «Russia» усердно наматывает километры на тренажере, никуда при этом не продвигаясь. Не страшны дурные вести, продолжаем бег на месте…

Люди становятся частицами какого-то пазла и даже порой складываются вместе, но проблема, видимо, в том, что изначально – они кусочки совершенно другого пазла, другой мозаики: а именно, той совершенной картины мироздания, о которой современный человек забыл напрочь в потоке повседневной бытовой бессмысленности. Люди выживают, но не живут, не чувствуют себя свободными и не чувствуют себя людьми. Неслучайно один из лейтмотивов фильма – закрытое окно, взгляд сквозь стекло: что-то все-таки осталось внутри человека, что-то еще стремится вырваться из замкнутого убогого пространства, квартиры-клетки – туда, в небо, ввысь.

Фильм «Нелюбовь» вновь и вновь отбрасывает к Чехову, главные фишки творчества которого – засилье повседневности и бессмысленность событий, а также жесткий стеб над так называемой интеллигенцией, явно пришлись по вкусу и режиссеру Андрею Звягинцеву.

Люди не живут, а играют роли, уделяя кажимости, внешности больше внимания, чем духовной гигиене. Посещение салона красоты, магазина – замена настоящим событиям… А какие-то очень важные вещи превращаются в этом мире в информационный повод. «Будет ли апокалипсис? Обязательно». «Храм – это хорошо». Война, смерть, льющаяся с телевизионного экрана, - как фоновое приложение к завтраку, ужину, дороге на работу. Быт или не быть?

Это люди-сэлфи. И роль их – не быть, потому что они - массовка. По сути, и героя-то в фильме Звягинцева нет. Есть претендент на роль героя – глава поискового отряда, но разве он не теряется перед тотальным засильем нелюбви? Поиск пропавшего мальчика в лесу. «Мы не ищем мертвых». Конечно, потому что поисковики ищут живых в этом мертвом мире, лишенном любви, ищут себя, свои пути, свои смыслы, смыслы для всех… Ищут человека. Ищут любовь. Надежда? Надежда не потеряна, когда отец и сын, помогающие в поисках, растерянно прижимаются друг к другу.

Нелюбовь – это не только отсутствие привязанности, страсти, любви как чувства, но прежде всего само Небытие, отрицающее Любовь как животворящую силу, связующую всех и вся во Вселенной, на Земле, в государстве, в семье, в душе…

Предугадывая подлинную сущность Любви - связывать все части в единое абсолютное целое – поистине религиозную миссию, Звягинцев безжалостен к своим персонажам, для которых пляж и монастыри – явления одного порядка, а храм – это хорошо только как приложение к 85 квадратных метров безбытийного быта, из которого не вырваться и можно только ощутить себя персонажем реалити-шоу «За стеклом».

А ведь память предков иногда еще просыпается во сне, стучится к нам в подсознание. «К чему снится выпавший зуб?» - между делом задается вопросом молодая любовница главного героя. К смерти или болезни родственника. Род человеческий забывает о своих корнях, о связях с природой, о предназначении своем. Род заканчивается на людях-марионетках. Можно ли достучаться до этих безликих? Что остается художнику? Забросить оградительную сигнальную ленту на Мировое дерево. То ли оградить само Древо от посягательств, то ли подать сигнал

бедствия. Безмолвный вопль в предчувствии апокалипсиса, вечной Зимы. Нелюбовь – это ад. Был ли мальчик и что осталось после него? Может быть, сам режиссер – и есть тот мальчик, готовый в отчаянии сбежать из этого ада.

Философская концепция ненормы - Нелюбви, выстроенная на почве российской повседневности, оказалась понятной и европейскому зрителю (фильм, как известно, получил Приз жюри Каннского фестиваля), а это значит, что Андрею Звягинцеву в очередной раз удалось прорваться к архетипическим глубинам современного человека через все наслоения национальные и социальные.