Рожденный для эпохи свободы

В нашу постоянную рубрику #ГлазамиДетей, юный журналист прислал свою статью.

1 апреля 2017 года ушел из жизни Евгений Александрович Евтушенко. Лучший поэт 1960-1970-х годов, один из ярчайших писателей времени оттепели. Он скончался в возрасте 84 лет в США, оставив после себя пятерых сыновей. Поэта похоронили в Переделкино, рядом с другим великим поэтом - Борисом Пастернаком, согласно его последней воле…

Помимо поэзии Евтушенко занимался прозой, драматургией и даже кино. Для меня он более всего интересен как поэт и оратор. Большая часть популярности Евтушенко берет начало из его эстрадных чтений собственных текстов. Как и в Иосифе Бродском, в нем меня поражает жанровое, идейное, но главное – эмоциональное разнообразие творчества. Он начинал с восхваляющих коммунизм стихов, работал в оппозиционных журналах «Юность», «Новый мир», «Знамя», писал иногда пафосные стихи, даже с элементами самолюбования, в чем его не раз упрекали, и именно ему принадлежит гениальное исповедальное стихотворение «Монолог голубого песца». Оно поразило современников степенью раскаяния автора, честностью в признании жизненных ошибок: «Хотел бы я наивным быть, как предок,/ но я рожден в неволе. Я не тот. / Кто меня кормит - тем я буду предан. / Кто меня гладит - тот меня убьет». Сильные стихи, после них хочется по-другому – глубже, внимательнее – посмотреть не только на жизнь и взгляды Евтушенко, но и на всю его поэзию.

Такие поэты рождаются для эпохи свободы, когда есть что сказать, когда есть возможность это сделать максимально честно. Евтушенко умел раскрепощаться, он всегда вытаскивал недоговоренное из себя и из своего читателя. А для эпох, концентрированно самоуглубленных, он не был рожден, потому что он во многом был человеком публичным, и внутренняя тишина, самоуглубление выходили у него немного фальшиво. Он поэт трибуны, поэт эстрады. «Поэт в России больше, чем поэт», - его слова.

Нобелевскую премию ему не вручили, хотя в 1963-м году он был на нее номинирован. Пусть в итоге ее и получил Бродский, у которого, кстати, отношения с советским поэтом не ладились, все же Евтушенко был не менее её достоин. Как и у Бродского, у него была большая слава за рубежом. Роберт Шелтон как-то сравнил Евтушенко с Бобом Диланом, точнее сказать, «American Yevtushenko» назвал он Дилана и это, скорее, честь не для Евгения Александровича, а для Боба. Его знали и ценили простые люди и гении. Наш прекрасный поэт, бывая за рубежом, лично принимал подарки от Шагала и Пикассо. Сейчас они хранятся на его даче в Переделкино, которую он сам превратил в свой личный музей.

Друг поэта Михаил Моргулис сообщил журналистам о смерти писателя так: «Пять минут назад Евгений Александрович отошел в вечность». Да, он не умер, а именно стал вечным достоянием нашей поэзии, хотя претендовал на это уже при жизни.

Никита Петрушков, 11Б, Академический лицей.