Магнитогорские литераторы хотят издать книгу о своём собрате по перу

Николай Якшин - не просто поэт. Для магнитогорской литературы это фигура знаковая.

Литераторы – народ сложный. Как правило, слишком много намешано в отношениях между ними: и искренняя дружба, и профессиональная ревность, и нереализованные амбиции, и солидарность. Но редко – особенно в наше время - поэты и писатели собираются вместе, чтобы издать книгу о своём собрате по перу. Если такое происходит, значит, личность была не просто неординарная, а знаковая! Если такое происходит, значит, Муза оказалась сильнее смерти, а человека, которого нет с нами уже шесть лет, до сих пор помнят и любят.

Группа поэтов и литературоведов (Александр Ерофеев, Владимир Некрасов и Александр Власкин и Олег Чванов) вознамерились почтить память Николая Якшина изданием книги в его честь.

В настоящий момент открыт сбор средств, необходимых для издания. Ответственным за сбор необходимой суммы назначен Олег Чванов.
Поклонники творчества Николая Якшина могут внести свою лепту двумя способами:

1. передать наличные деньги Наталье Орловой в библиотеке им. Люгарина (Грязнова, 15), и уже сотрудница библиотеки передаст деньги Олегу Чванову;
2. перевести деньги напрямую на карту Олега Чванова; № карты: 4276 8720 2053 6802 (Сбербанк)

Поясним, сумма взноса не будет обнародована, поэтому сумма взноса никак не регламентирована. В случае, если собранных средств будет недостаточно – их вернут тем, кто принял участие в сборе тем же способом.

От редакции можем сказать, что задумка для Магнитогорска действительно уникальная. Уже хотя бы потому, что сам Николай Якшин – автор очень неординарный и талантливый. Судить об этом вы можете сами, так как ниже публикуем несколько его стихотворений.

* * *

Уже траву поцеловал мороз,
И осень пишет серебром по охре —
И чудно так, и, кажется, всерьёз —
Надгробье лету — ахать или охать?

Вот и старик... Его почти что нет.
Был так весом — стал легче полутени.
Скорее бы потусторонний свет,
Чем вслушиваться, как хрустят колени.

Земля стара. Елозит на оси
Заржавленной, привычно и устало,
В сединах облаков. А расспроси —
Не помню я. Не знаю. Не видала.

Надежды нет. Ну, разве как на то,
Что женщины к весне готовят грядки,
А девочки приносят под пальто

* * *

Я скажу пока что наживо,
Паутинкой по лицу:
По одной дорожке хаживать
Дураку и мудрецу.

К дураку ли за безделицу
Мудреца ли за дела
Прилепили — не разделятся
Их похожие тела.

Это в Пизе башни падают,
А у нас надёжен строй:
К мудрецу с его лопатою
Прикреплён дурак с метлой.

И кому нужны оттеночки,
Коль выходит то на то —
Ни угла у них, ни стеночки,
Ни пальто и ни авто.

Одинаковыми дозами
Пьют без закуси первак
Мудрый, с вечными вопросами,
И с ответами — дурак.

Мудрый холост от рождения,
Дурень до смерти один —
Отживут без продолжения
И растают, словно дым...

Им войти бы в соглашение,
Разделиться б меж собой,
С двух сторон начать сражение
С промежуточной средой,

Отобрать бы у посредственных
Свой законный минимум —
Одному бы на бессребреность,
А другому бы — на ум.

Но среда не лыком шитая,
Разделяться не даёт —
Как затопает, зашикает,
Как скомандует вперёд,

Как направит их комиссия
В дом, где вылечат весьма
Одного — от недомыслия,
А другого — от ума.